aif.ru counter
Юрий Скородумов 0 83

«От отца к сыну»: на каких лодках ходили в море жители Лешуконья?

Проект «Поморский карбас» номинирован на премию Русского географического общества

В 2017 году в селе Лешуконское членами клуба «Морские практики» за 17 дней была построена традиционная поморская лодка - парусно-гребной карбас. После этого судно, которое назвали «Вашка», за 10 дней дошло по морю до Соловецких островов.

Сейчас проект «Поморский карбас» вошёл в число номинантов национальной премии Русского географического общества «Хрустальный компас» (проголосовать за лодку можно на сайте премии. - Ред.). А мы пообщались с потомственным мастером народного судостроения из Лешуконья - Виктором Петровичем Кузнецовым. Именно под его руководством и был сделан карбас.

Спрос на маленькие

- Как вы вошли в этот проект? «Морские практики» уже знали о вас как о мастере?

- Всё просто - они позвонили и сказали, что есть предложение - принять участие в строительстве лодки и что они собираются идти на ней на Соловки. Ударили по рукам, и всё вышло нормально. Конечно, был договор, бесплатно у нас ничего не делается, тем более что это дело затратное - нужно покупать материалы и прочее. Но мне было и самому приятно - я карбаса давно уже не шил, последний раз - лет 15 назад, когда Ненецкий округ отделился от Архангельской области и у нас аннулировали лицензию.

Раньше на карбасах ставили паруса, сейчас - моторы
Раньше на карбасах ставили паруса, сейчас - моторы Фото: Морские практики

- Что это за лодка - карбас, где её использовали и что с неё ловили?

- Есть речные карбаса, а есть морские - как раз на морском «Морские практики» и ходили на Соловки. Речные - поменьше размерами, а у морских главное - мореходность, такой карбас побольше, и у него обязательно есть скула. Если судно без скулы, то оно «прокалывает» волну и все брызги летят в лодку, а с ней получается, что лодка поднимается на волну и судно не зальёт. Раньше на карбасах ставили паруса, а сейчас стали ставить мотор. А размеры могут быть разными - у меня, например, было судёнышко - три тонны поднимало. Раньше, когда судоходство было на реках развито, то много на чём ходили, а сейчас, когда река обмелела, появился спрос на деревянные маленькие лодки.

Когда у тебя всё отработано, когда всё до автоматизма доведено, то сложного ничего нет  в управлении карбаса. Вот начинать сложно, когда ещё ничего не знаешь. Тем более что основу знаешь, а вот нюансы, тонкости все постигаешь уже в процессе, методом проб и ошибок.

«Пришлось молиться»

- Вы всю жизнь строили лодки?

- Вообще вначале я был педагогом - заочно кончил институт физкультуры в Питере. Потом из педагогов ушёл в парашютисты-пожарные.

Даже месяц был в Архангельске главным парашютистом, но сбежал в Лешуконье - в конторе сидеть не каждый сможет. А в 90-е годы  время был тяжёлое, надо было выживать. Кушать-то хочется, вот я и пошёл в море. Семью нужно было кормить. Камбала, которую мы ловили, - рыбка нормальная, не то что сёмга - не приедается. И вот 15 лет я за ней ходил в море, для этого и лодки строил.

В принципе, это всегда идёт от отца к сыну. Отец у меня был на все руки мастер - даже пианино настраивал. У него была столярная мастерская, и я с трёх лет всё время с ним был, смотрел, учился. Так ремесло и перешло.

Одну лодку построишь, приходят мужики, просят: продай да продай. В другой год снова нужно в море идти - снова строишь. Так я четыре судна построил, каждый раз что-то новое придумывал. Естественно, это окупается - если бы не окупалось, и не стал бы делать. Грантов у нас никаких на это не выдают.

Фото: Морские практики

Однажды в 90-х я одно судно продал в Архангельск и на радостях хозяину пообещал первую ходку. Мы ушли в море под штормовое предупреждение. Три часа нам не хватило, чтобы назад до берега дойти. Налетела моряна - это северо-западный ветер с дождём, очень неприятный. А в такую погоду заходить в незнакомую речку очень опасно. Берегов не видно, волна - будь здоров, заливает. Если бы двигатель заглох - совсем бы плохо нам было. Вот там мне пришлось Богу и Николаю Угоднику молиться по-настоящему: пообещал, что если выживу, то пойду трудником на Соловки. И - буквально через пять минут - показались трубы северодвинской ТЭЦ. Ну а раз пообещал, то потом и поработал там около месяца, на Соловках, столярным делом занимался.

- Занимаются ли в Лешуконье сейчас рыбной ловлей?

- На рыбалку я и сейчас езжу. Зимой на «буране» выезжаем для подлёдной рыбалки, а лётом - на лодке. Сетями, на лёску - как хочешь. Но для души - лучше на спиннинг. Но очень много не наловишь, а вот в Мезенском районе на озёрах - там, да, большая рыбалка. С моря сейчас ушли, а раньше - всё время под парусами и в море за камбалой. У меня и отец в море ходил, правда, меня не брал с собой - мать опасалась. Сына своего я брал пару раз в море, но ему не очень понравилось. Сейчас этот промысел заброшен.

В основном ходят за рыбой, конечно, мужчины. Женщины, может быть, больше подвержены панике, ну и примета такая есть - нежелательна женщина на борту. Были случаи: товарищ с женой на пару много лет ходили камбалу в море ловить, ничего. А, к примеру, на озёрах в Мезени часто женщин на рыбалку брали. У нас врач был, так он однажды с женой пошёл в море. Вот она  тогда страху натерпелась! Больше не ходила (смеётся. - Ред.).

ДОСЬЕ

Виктор Петрович Кузнецов родился в 1951 году в селе Дорогорское Мезенского района. Окончил Ленинградский институт физкультуры в 1979 году. Работал педагогом, пожарным-парашютистом, в охране аэропорта, много лет ходил в Белое море за рыбой. Живёт в селе Лешуконское, сейчас на пенсии. Воспитал дочь и сына, есть четверо внуков. По-прежнему любит рыбалку, но «не всегда хватает времени».



Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета
Самое интересное в регионах